Депрессивный невроз (Частный случай (Больной Г.))

Больной Г., 27 лет, студент V курса физико-математического факультета, поступил в клинику по поводу общего плохого самочувствия, головных болей, трудностей сосредоточения внимания, ухудшения памяти, падения работоспособности в целом. Сон тревожный, с частыми пробуждениями.

Постоянно мучает представление об уходе от него жены. В связи с этим обстоятельством и развилось депрессивное состояние, характеризовавшееся тоскливым, подавленным настроением.

Больной по характеру мягкий, недостаточно волевой, малоинициативный, уступчивый. Всегда отличался стеснительностью; вследствие этого круг знакомых был ограничен.

Испытывал смущение, особенно перед девушками и молодыми женщинами. Казался себе неуклюжим, увальнем.

Не был способен поддержать легкий интересный разговор, ответить остроумной шуткой, найти выход из создавшегося неудобного положения.

В то же время много читал, увлекался философией, интересовался теоретическими проблемами физики и математики. В меньшей степени, но все же его привлекала жизнь современной молодежи, и он бывал в компаниях, на вечеринках, но при этом редко чувствовал себя свободно, «раскованным».

В сближении с будущей женой она играла активную роль и, по существу, женила его на себе. Она студентка этого же института, внешне интересная, общительная, веселая, с определенной жизненной установкой на достижение высоких степеней в профессиональном отношении.

Это была его первая любовь, и он был целиком ею охвачен. Он находился полностью под влиянием жены, выполнял все ее требования и не видел в ней никаких недостатков. Не замечал также и признаков нарастающего охлаждения с ее стороны. Тем более неожиданным и тяжелым был для него ее уход.

В своем прощальном письме она написала, что ей надоело быть нянькой, руководить каждым шагом, нередко выслушивать отрицательные мнения о нем ее знакомых. И вообще, она не считала его мужчиной, он невыносим и противен.

Больной говорил, что она стала для него в жизни всем и что он не представляет, как он будет теперь жить без нее, не видеть ее около себя, не ощущать ее прикосновений, не слышать звуков ее голоса. Он то с душевной болью вспоминал свое счастливое прошлое с ней, то страдал, переживая обстоятельства ее ухода от него, свое настоящее положение.

Больной был готов на компромисс, даже на унижение, лишь бы она была с ним.

Мысль о смерти появлялась у него, особенно вначале, но как отвлеченное представление.

На прямой вопрос, мог бы он совершить самоубийство, он отвечал отрицательно. «Я не смог бы оставить своих родителей, ну, и потом, если она увидела бы меня, у нее могло бы появиться отвращение».

Больного можно было отвлечь от его грустных мыслей, даже вызвать улыбку, но большую часть времени он оставался в состоянии угнетения. Больной отличался пикническим сложением, со стороны внутренних органов существенных отклонений не выявлено.

Неврологически без очаговой патологии. Отмечаются тремор вытянутых пальцев, рук, век, языка; розовый дермографизм, сухожильные и периостальные рефлексы равномерно повышены, патологических рефлексов не выявлено.

Некоторая неустойчивость при сенсибилизированной пробе Ромберга. Психотерапия вначале была направлена на критический разбор поведения жены больного с целью развенчать, уничтожить тот ореол, который он ей создал. Ему говорилось, что она эгоистична, любит только себя, заботилась только о себе, своих удовольствиях, ему не уделяла должного внимания, с ним никогда не считалась.

Она рассчитывала, что у него имеются практическая сметка и влиятельные родственники, но практической сметки у больного не оказалось, а его дядя, действительно занимавший значительный пост в одном из министерств, вскоре умер. Как выразилась как-то жена больного, «он не умеет делать деньги».

Все эти и другие доказательства ее истинной природы если больным и принимались, то на непродолжительное время, и он опять начинал утверждать, что она его любила по-настоящему, а разлюбила потому, что он действительно ей не пара. Она такая красивая, блестящая, а он и тем не менее она его любила, а вот теперь он ее потерял навсегда и не в состоянии примириться с этой потерей. В связи с отсутствием лечебного эффекта было решено пойти на компромисс.

Больному удалось внушить надежду на возвращение к нему жены в том случае, если он сможет в какой-то степени себя переделать — стать более общительным, чаще бывать в обществе других людей, преодолевать свою стеснительность, вырабатывать у себя привычку вести непринужденные беседы на различные темы, интересные большинству людей, научиться танцевать и т. п.

Главное же — это его профессиональная деятельность. У него есть наклонность к научной работе, и в этой области он сможет добиться больших успехов, а вместе с этим и достаточного материального обеспечения. Медсестра осуществляла постоянное наблюдение за больным.

Она поддерживала с ним тесный контакт и, таким образом, имела полное представление о его настроении. В беседах с ним она следовала вышеизложенной линии психотерапии, утверждая, что он, конечно, вновь завоюет свою жену, когда несколько изменит себя. При этом подчеркивались его наличные положительные качества и выражалась уверенность, что он добьется поставленной цели.

Этот психотерапевтический прием оказался успешным. Настроение больного стало понемногу улучшаться, фон настроения повышался. После выписки из клиники больной все больше отвлекался от психотравмирующих представлений и, действительно, постепенно приобрел в какой-то степени некоторые новые особенности своего поведения.

Вскоре мы потеряли его из виду, но во время последнего свидания с ним было ясно, что влечение к бывшей жене значительно уменьшилось, и это давало основание предполагать в будущем его полное затухание и появление нового чувства уже к другому человеку, но на основе более разумного подхода. Как всегда общеукрепляющая и транквилизирующая медикаментозная терапия и другие лечебные мероприятия оказали свое положительное действие.


«Уход за больными с невротическими состояниями»,
Л.Г. Первов

← Назад
Вперед →